Еще до войны. Сейчас это меньшая из опасностей. Гораздо больше опасность получить пулю. Например, из этой крепости, которую кто то в шутку назвал блокпостом. Хотя здоровенное, двухэтажное строение из бетонных блоков, ощетинившееся пулеметными стволами, опоясанное минным полем, колючкой и МЗП, вмещающее в себя роту солдат больше заслуживает титула «крепость». Крепость времен покорения Кавказа, крепость конца 20 века.

Перед крепостью стоит знак STOP и надпись аршинными буквами «По команде СТОП заглуши двигатель, открой багажник, предъяви документы. При невыполнении — СТРЕЛЯЮ.»

Аслан Ходжаев так и сделал. Заглушил двигатель своей старой Нивы, открыл багажник, предъявил бойцу стоящему на пропуске паспорт с временной регистрацией (который ему несколько дней назад сделал служивший в милиции дальний родственник за пятьсот фальшивых долларов) и стодолларовой купюрой внутри. Да то ли боец попался новенький, то ли лицо Аслана ему не понравилось — но факт остается фактом — через пять минут Аслан уже сидел в наручниках в помещении блокпоста.

Хлопнула раздолбанная дверь, в помещение зашел гяур лет сорока в камуфляже, с пистолетом Стечкина в кожаной кобуре на боку. Мужик сел за стол и усталым взглядом оглядел пристегнутого к стулу Аслана.

— Рассказывай. Фамилия, имя, отчество, как зовут твоего эмира, как называется отряд, сколько человек, где базируется. Будешь молчать — я тебя бить не стану, нахрен ты мне нужен, руки марать. Отправлю в Чернокозово, там сгниешь.

— Ходжаев Аслан Исаевич, ни в каких отрядах не состою, вообще я работаю…

— Ну да, конечно… Работник ножа и топора, романтик большой дороги… Где фальшивый паспорт взял, работник?

Аслан молчал, понимая что вляпался в глухую. Мужик тоже понял, что клиент ушел в глухую несознанку, ничего с него уже не вытянешь. Поэтому он просто встал и вышел из кабинета. А Аслан уже через двенадцать часов был в Чернокозово…